День, когда исчезли пробки

Необычайно сияющим утром начала года мэр Лондона Кен Ливингстон вышел к лесу телекамер и с очень довольным видом объявил о достижении, доселе ускользающем от десятков таких больших городов, как Нью-Йорк, Лос-Анджелес или Париж. Нет, преступность и бедность пока преодолеть не удалось… но, вполне возможно, что, наконец, удастся стреножить городского врага, прослывшего неукротимым – автомобиль! Ливингстон объявил о начале самого радикального в мире эксперимента по освобождению города от тирании автомобилей – сражении, в каких большие города неизменно терпели унизительное поражение вот уже полвека!

Задолго до своей победы в выборах он предупреждал лондонцев о том, что слишком большое их число разъезжает в очень тесной центральной части Лондона, загрязняя воздух, заставляя задыхаться торговлю, медленно удушая их собственное пропитание. Для того чтобы остановить их, мэр решил провести ограничительную линию (в буквальном смысле).

Линия охватила неправильным овалом 8 квадратных миль (около 13 квадратных километров) исторического центра города. Почти каждый, кто пересекал ее в течение рабочего дня – на самом деле, почти каждый, кто проезжал или парковался в центре после 17-го февраля - должен был Лондону 5 фунтов (около 8 долларов) за тот день, когда это случилось. Если же водитель не платил, то одна из более 700 камер, подобно хищным птицам следящих сверху, могла зафиксировать номерной знак его машины и передать затем в компьютер, ведя к крупному штрафу. А что, если водитель откажется платить штраф? Мэр обещал (не совсем в шутку) что его машина будет найдена и уничтожена – «с сидящим внутри водителем или без него».

Идея, стоящая за наступлением мэра на свободу автомобилистов не нова и легко постижима. Люди склонны использовать ограниченный ресурс полностью, если он бесплатен, невзирая на последствия. Но если этот ресурс имеет определенную цену, люди относятся к нему более рационально.